Арбитражный суд Московской области
107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва
http://asmo.arbitr.ru/


ОПРЕДЕЛЕНИЕ
об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности

 


г. Москва                                                                                                                    Дело №А41-15222/20
 

Резолютивная часть определения оглашена 19 октября 2022 года
Определение изготовлено в полном объеме 20 октября 2022 года
Арбитражный суд Московской области в составе:
председательствующий судья А.Э. Денисов,
протокол судебного заседания вел секретарь судебного заседания Т.С. Канкаев,
рассмотрев в судебном заседании заявления ООО "Доринвест" и ООО "Белпромсоль" о привлечении к субсидиарной ответственности Игонина Сергея Михайловича, АО «МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Жуковское ДРСУ" при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания;


УСТАНОВИЛ:


       Определением Арбитражного суда Московской области от 20.01.2021 в отношении ООО
"Жуковское ДРСУ" введена процедура банкротства – наблюдение.
       Решением Арбитражного суда Московской области от 26.08.2021 ООО "Жуковское ДРСУ"
признано банкротом, открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Семенков В.М.
       Определением Арбитражного суда Московской области от 19.07.2022 конкурсным управляющим утвержден Косыгин А.С.
       В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.
       Заявители обратились в Арбитражный суд Московской области заявлением с учетом уточнений, принятых судом, со следующим требованием:
       1. Привлечь солидарно Игонина Сергея Михайловича (ИНН 504000148030) и АО
«МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» (ИНН 5000001691) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Жуковское ДРСУ» по основаниям, указанным в ст. 61.12 Закона о банкротстве в размере 33 363 579,87 руб.
       2. Привлечь солидарно Игонина Сергея Михайловича (ИНН 504000148030) и АО
«МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» (ИНН 5000001691) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Жуковское ДРСУ» по основаниям, указанным в ст. 61.11 Закона о банкротстве.
       3. Определить размер субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве после формирования конкурсной массы и завершения расчетов с кредиторами.
       По существу спора поступил отзыв от конкурсного управляющего, в котором он указал, что возражений против удовлетворения заявления не имеет, полагает заявленные требования обоснованными.
       Также поступили возражения от ответчиков, в которых они просили отказать в удовлетворении заявления, полагая заявленные требования необоснованными.
       В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте картотека арбитражных дел http://kad.arbitr.ru.
       Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.
       В силу пункту 1 статьи 64.14 Закона о банкротстве Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника,
перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.
       В обоснование своих доводов кредиторы ООО "Доринвест" и ООО "Белпромсоль" указали о необходимости привлечения Игонина Сергея Михайловича к субсидиарной ответственности ввиду неподачи им заявления о банкротстве должника с 09.01.2019, а также искажения бухгалтерской отчетности за 2020г. либо непередача документов и активов в виде запасов и дебиторской задолженности в объемах, имевшихся на 31.12.2020 г., конкурсному управляющему, а АО «МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» (ИНН 5000001691) за невыполнение действий по созыву внеочередного собрания участников для обращения в суд с заявлением банкротстве Должника с 09.01.2019, за создание и поддержание бизнес-модели, в которой должник стал центром убытков.
       Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, установив обстоятельства спора в полном объёме, суд приходит к выводу, что заявленные требования не обоснованы и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
       Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:
       - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к
невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;
       - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
       - органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
       - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;
       - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;
       - настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.
       В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.
       В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.
       Таким образом, нарушение руководителем обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения указанного месячного срока на подачу такого заявления.
       В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника в случае, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие его действий и (или) бездействия.
       Согласно п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:
       1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;
       2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате
чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.
       Поскольку ответственность контролирующих лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности несения субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ. Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения контролирующего лица; наличие у должника убытков; причинную связь между противоправным поведением контролирующего лица и наступившими вредоносными последствиями; вину контролирующего лица.
       Как разъяснено в п. 18 постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – «Постановление ВС РФ № 53»), контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ и абз. 2 п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).
       В п. 23 Постановления ВС РФ № 53 указано, что согласно подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о
банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об АО, ст. 46 Закона об ООО и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.
       Согласно разъяснениям Пленума ВАС РФ, приведенным в постановлении № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской
деятельности.
       Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.
       В п. 20 Постановления ВС РФ № 53 указано, что согласно подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о
банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.
       Положения п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусматривают, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.
       Исходя из системного толкования вышеуказанных норм, на заявителях с учётом выбранного ими фактического и юридического обоснования заявленных требований лежит бремя доказывания следующих обстоятельств:
       1. факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и его существенный характер,
       2. значимый характер рассматриваемых сделок для должника,
       3. наличие признаков несостоятельности (банкротства) должника на момент совершения должником рассматриваемых сделок.
       Как следует из материалов дела, согласно выписке ЕГРЮЛ учредителями должника с размером доли 75% являлись Игонин Сергей Михайлович и АО «МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» (размер доли 25%).
       При этом Игонин С.М., начиная с 16.12.2011 г. до открытия конкурсного производства, занимал должность генерального директора.
       Заявители указывают, что финансовое состояние должника на конец 2018 года отражало невозможность исполнения должником денежных обязательств. Однако он продолжал осуществлять свою деятельность и в 2019-2020 г. Собственный капитал, это структура показателей, в т.ч. и уставной капитал, резервный, добавочный и нераспределенная прибыль общества, то исходя из балансовых данных должника,
имеющихся в материалах дела, суд может сделать вывод, что собственный капитал у компании с 2016-2020 год имел целенаправленный положительный рост, который к началу 2020 г. составил 9 368 000 рублей. С 2017 года по 2020 год должником велась активная работа по возврату дебиторской задолженности с одновременным погашением кредиторской задолженности. Так, при дебиторской задолженности в размере с 98 млн. в 2017 году, ее размер был снижен до 18 млн. к 2020 году. В свою очередь, кредиторская
задолженность была снижена с 222,5 млн. руб. в 2017 году, до 122,3 млн. рублей. А краткосрочные заемные средства с 16 млн. в 2019 году до 15 млн. в 2020 году. Указанная динамика явно свидетельствует, что предприятие активно работало. Коэффициент текущей ликвидности стабильно составлял 1, а по итогам 2019 года составил 1.1. Должник так же предпринял меры к уменьшению управленческих расходов, которые снизились с 29 450 000 в 2018 году, до 20 107 000 в 2019 году, и до 13 929 000 в 2020 году.
       Определяя дату наступления объективного банкротства заявители указали, что обстоятельства свидетельствующие о возможности улучшении ситуации в 2019 году отсутствовали, в связи с чем, руководитель должника должен был осознать бесперспективность деятельности организации.
       Доводы кредиторов нельзя признать обоснованными, поскольку 31 октября 2018 г. между Должником и ГБУ МО "МОСАВТОДОР" был заключен 3-х летний Контракт № 0148200005418000414 на общую сумму 325 378 452 руб. 61 коп., что явно предполагало улучшение предприятия в 2019 году, что и было реально осуществлено и отражено, в последствии, в балансе предприятия за 2019 год. Подтверждается материалами дела, с 2018 года должник сконцентрировал свою деятельность исключительно на выполнении контрактов с одним заказчиком - ГБУ МО "МОСАВТОДОР". Так, по результатам электронного аукциона от 31 октября 2018г. между Должником и ГБУ МО "МОСАВТОДОР" был заключен Контракт № 0148200005418000414, согласно которому Подрядчик обязался выполнить комплекс работ по содержанию автомобильных дорог регионального или межмуниципального значения Московской области и их элементов в Раменском РУАД.
       В соответствии с п. 2.1 цена Контракта в редакции дополнительного соглашения № 3 от 24.10.2019 составляет 325 378 452,61 руб.
       Порядок выполнения работ, сдачи-приемки выполненных работ предусмотрен в разделе 4 контракта. В соответствии с п. 3.1. контракта начальный срок выполнения работ: дата заключения Контракта, но не ранее 01.11.2018г. Конечный срок выполнения работ: 31.10.2021 г.
       До указанной даты Должник был обеспечен крупным государственным подрядом и имел устойчивое финансовое положение. На протяжении 2019 и начала 2020 года стороны исполняли условия Контракта. Однако в начале 2020 года, письмом №Исх-4972/2020 от 26.02.2020 г. ГБУ МО "МОСАВТОДОР" заявило об одностороннем отказе от исполнения контракта №014800005418000414.
       В это же время, ИФНС №1 по Московской области подано заявление о банкротстве Должника (по настоящему делу), которое было принято судом к производству 10 марта 2020 года.
       Указанное выше письмо об одностороннем отказе от исполнения Контракта получено Должником только 19 марта 2020 года (почтовый идентификатор 14390244005279), т.е. уже после поступления заявления ИФНС № 1 в суд.
       01.04.2020 года ГБУ МО "МОСАВТОДОР" разместил на портале zakupki.gov.ru информацию о расторжении Контракта и передал выполнение работ другому подрядчику.
       Судом установлено, что 27.04.2020 года АО «Мособлдорремстрой» осуществило выход из состава участников ООО "Жуковское ДРСУ" путем оформления соответствующего нотариально-удостоверенного заявления и вручения его руководителю Должника.
       Ответчики указали, что отказ ГБУ МО "МОСАВТОДОР" от исполнения Контракта послужил началом возникновения у Должника временных финансовых затруднений, которые, однако, еще не свидетельствовали об объективном банкротстве, поскольку у Должника имелись средства, полученные им за выполненные (до момента расторжения Контракта) работы.
       В целях стабилизации ситуации, руководитель Должника, добросовестно рассчитывающий на преодоление временных финансовых затруднений, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. Так в июне 2020 года были предприняты меры по судебному оспариванию вышеуказанного одностороннего отказа от исполнения Контракта.
       Решением Арбитражного суда Московской области от 19.11.2020 года по делу № А41-35940/20 признан незаконным односторонний отказ от 26.02.2020 № Исх-4972/2020 от исполнения контракта от 31.10.2018 № 014800005418000414.
       Однако постановлениями Десятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 года, Арбитражного суда Московского округа от 26.08.2021 года, решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано. Судами было установлено, что право в одностороннем порядке отказаться от исполнения Контракта по основаниям, предусмотренным как статьей 715, так и статьей 717 ГК РФ, предоставлено ответчику положениями самого Контракта. При наличии у заказчика безусловного права отказаться от исполнения договора подряда для реализации данного права достаточно самого факта
письменного уведомления заказчиком подрядчика об отказе от исполнения договора, без указания причин (мотивов); соответственно, даже если причина и была названа заказчиком в уведомлении об отказе от исполнения договора, то не имеет значение, соответствовала она действительности или нет.
       Частью 2 статьи 69 АПК РФ определено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.
       В связи с преюдициальным значением для настоящего дела, вступившего в законную силу судебного акта, не подлежат доказыванию вышеуказанные обстоятельства.
       Однако суд принимает во внимание, что согласно решению Арбитражного суда Московской области от 19.11.2020 года по делу № А41-35940/20, было помимо прочего установлено, что УФАС по Московской области было принято Решение по делу №РНП-15428/20 от 28.04.2020 о рассмотрении сведений о включении в реестр недобросовестных поставщиков - сведения, представленные в отношении ООО «Жуковское ДРСУ» в реестр недобросовестных поставщиков не включать. При этом УФАС по МО в Решении подтвердило факт того, что штрафные санкции оплачены и Подрядчиком устранены замечания, указанные в Акте №21012020 экспертизы от 21.01.2020 в срок отчетного периода, что подтверждается Актами от 31.01.2020 и 29.02.2020, подписанными Заказчиком.
       Таким образом, суд приходит к выводу, что подача заявления о банкротстве Должника налоговым органом не была связана с неплатежеспособностью должника.
       Так, согласно определению от 19.08.2020 года по настоящему делу, заявление ИФНС №1 по Московской области было оставлено без рассмотрения, в связи с оплатой должником всей задолженности.
       Вместе с тем, длительное судебное разбирательство по делу № А41-35940/20, при наличии у Должника иных контрактов, но в меньшей сумме, привело к постепенной невозможности удовлетворить требования всех кредиторов. Что, как следствие, послужило основанием к введению в январе 2021 года процедуры наблюдения.
       С учетом вышеизложенного, следует считает, что датой объективного банкротства сентябрь 2020 года. т.е. месяц, с которого Должник реально перестал осуществлять платежи.
       Учитывая тот факт, что на момент объективного банкротства дело о банкротстве Должника уже было в производстве суда, у руководителя Должника отсутствовала необходимость исполнять обязанность, предусмотренную п.1 ст.61.12 Закона о банкротстве, по подаче еще одного заявления о банкротстве предприятия. В свою очередь, на момент объективного банкротства у АО «Мособлдорремстрой» уже отсутствовали полномочия по созыву собрания коллегиального органа должника, в связи с утратой статуса участника Должника с 27.04.2020 года. На момент объективного банкротства Ответчик не обладал
полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, в связи с им, не мог совершить надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания.
       Как следует из пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 21.12.2017 N 53 "О
некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:
       1. Это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;
       2. Оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;
       3. Данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;
       4. Оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания
коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.
       Однако на момент возбуждения дела о банкротстве, АО «Мособлдорремстрой» являлось
миноритарным участником, имело 25% в уставном капитале Должника, что менее установленной законом 50% доли участия, и не могло давать обязательные для исполнения указания обществу, как лицо, указанное в п. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.
       В пункте 5 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.
       Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие
существенных деловых решений относительно деятельности должника.
       В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться:
       - в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;
       - в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;
       - в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);
       - иным образом, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.
       Исходя из смысла указанных правовых норм и приведенного их толкования, для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, необходимо установление совокупности условий:
       - наличие у ответчика права давать обязательные указания для должника либо иным образом определять его действия; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном установлении вины ответчика в банкротстве должника.
       Разъясняя в Постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" применение указанной нормы, высшая судебная инстанция в пункте 7 Постановления указала, что предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе, недобросовестного поведения руководителя должника является контролирующим. В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.
       В качестве подтверждения своих доводов о владении АО «Мособлдорремстрой» группой компаний, заявители приводят данные о дочерних компаниях АО «Мособлдорремстрой», которые не соответствуют действительности, поскольку в указанных заявителями компаниях доля пакета акций АО «Мособлдорремстрой» составляло следующее процентное соотношение от общей величины уставного капитала:
       ОАО «Ликино-Дулевское ДРСУ» - 10% с 2015 г.,
       ОАО «Рошальское ДРСУ» - 24 % - с 2014 г.,
       ОАО «Подольское ДРСУ» - 0 % - с 2015 г.,
       ОАО «Раменское ДРСУ» - 0%. - с 2019 г.
       Таким образом, утверждение о том, что АО «Мособлдорремстрой» является владельцем группы компаний осуществляющих деятельность в сфере дорожного строительства, куда входил и Должник, необоснованны, т.к. оставшиеся у Ответчика пакеты акций не позволяли влиять на управление в указанных компаниях (в том числе Должника) и, соответственно, давать обязательные для исполнения указания и извлекать соответствующую прибыль от такого управления.
       Заявители также утверждают, что вне зависимости от победителя закупочной процедуры, фактическим выгодоприобретателем будущих контрактов становилось АО
МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ», поскольку именно оно являлось конечным собственником компаний-участников торгов.
       Поскольку АО «МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» является правопреемником Треста
«МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» (1963 год), а в последующем Арендного предприятия
«МОСОБЛДОРРЕМСТРОЙ» (1991 год), то его профессиональное участие в ремонте и содержании дорог Подмосковья на основании закупочных процедур является ежегодным. А учитывая специфичность данного рынка услуг (предъявляемые к участникам торгов требования включают наличие многолетнего опыта работы на данном рыке, наличие спецтехники, гарантий крупных банков и т.п.), то количество потенциальных участников таких закупок весьма невелико. В связи с этим, как бывшие в прошлом дочерними, так и те компании, в уставном капитале которых у Ответчика сохранились небольшие пакеты акций, отвечающие соответствующими требованиям заказчика, участвуют в закупках самостоятельно - конкурируя друг с другом. Практика субподряда является общепринятой в сфере дорожного строительства, поскольку лоты формируются достаточно крупными объемами работ и победитель аукциона не всегда имеет возможность собственными силами и средствами обеспечить полное их выполнение. В связи с этим, часть работ передаются победителями для выполнение другим дорожным организациям, на основании
договоров субподряда. Также и должник, не обладая необходимыми техническими  ресурсами для выполнения всего комплекса работ по выигранному контракту на содержание дорожной сети в разных городах Московской области, передавал часть работ для выполнения другим дорожным организациям.
       В качестве доказательства систематического перераспределения средств заявителями указываются 6 платежей, которые были осуществлены Должником в один день 27 февраля 2018 года (более чем за два года до банкротства) в адрес 6 (шести) субподрядных организаций.
       Как усматривается из материалов дела, из полученных от ГБУ МООСАВТОДОР - 54 406 991 рублей за выполненные по государственному контракту работы, Должником были произведены расчеты (в общей сумме 23 397 494 рублей, т.е. менее половины от полученной суммы) с субподрядными организациями, которые фактически и выполнили для Заказчика часть данных работ. Согласно условиям данных договоров, в обязанности Должника входила выплата выполненных Субподрядчиком и принятых Подрядчиком работ только после поступления средств от Заказчика (п.2.3. договоров), учитывая, что оплата работ по госконтракту была произведена Заказчиком 26.02.2018 года, то последующая оплата 27.02.2018 г. в адрес субподрядчиков.
       На аналогичных условиях было произведено погашение задолженности перед ОАО
«Железнодорожненское ДРСУ» в марте 2019 года, получив от Заказчика денежные средства 28.03.2019 года, Должник осуществил погашение задолженности перед субподрядчиком 29 марта 2019 года.
       Абзацем 2. п.2.3. субподрядных договоров стороны определили вознаграждение подрядчика в размере 8% от стоимости выполненных работ. Таким образом, позиция заявителей о «совершении денежных операций в отношении аффилированных лиц в убыток для своей деятельности не соответствуют действительности. При этом ссылка на единичное перечисление всего полученного от заказчика платежа в адрес ОАО «Железнодорожненское ДРСУ» (в качестве погашения задолженности по договору субподряда) не подтверждает отсутствие у Должника возможности на совершение иных обязательных платежей. Помимо контракта №0148200005418000414 от 31.10.2018, у Должника были ещё заключенные контракты с ГБУ МО «Мосавтодор», а именно: № 0148200005418000412 от 31.10.2018 и №0148200005418000413 от 31.10.2018, - которые также выполнялись ООО «Жуковское ДРСУ» и денежные средства, полученные за выполненные работы по ним, направлялись на выплату зарплаты рабочим, также производились оплаты
денежных средств по договорам с контрагентами и выплачивались налоги в бюджет, что подтверждается выпиской по счету Должника.
       АО «Мособлдорремстрой» пояснил суду, что бывший штатный юрист ответчика - Логинов М.В. проживал в непосредственной близости от местонахождения Должника (район Новокосино) и мел возможность оказывать правовую помощь ООО «Жуковское ДРСУ» в свободное от основной работы время. В связи с этим, руководитель Должника - Игонин С.М. заключил с ним трудовой договор, в соответствии с которым Логинов М.В. и представлял интересы ООО «Жуковское ДРСУ» в судебных инстанциях. Доказательств совершения Должником каких либо недобросовестных действий по указанию юриста
заявителями не представлено.
       По мнению Заявителей компании «группы» оказывали Должнику долгосрочную финансовую поддержку, без принятия мер по ее возврату. В качестве такого примера заявители указывают на взаимоотношения ОАО «Раменское ДРСУ» по предоставлению Должнику займа в размере 4 500 000 рублей. Между тем, данные доводы опровергаются материалами дела №А41-34280/20, согласно которого, ОАО «Раменское ДРСУ» осуществило взыскание просроченного займа и, в последующем, в ключены в реестр
кредиторов Должника.
       Исходя из позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете)) и обязанностью руководителя должника в
установленных случаях представить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).
       Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.
       Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств
по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).
       В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований.
       Согласно части 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
       Доводы о не передаче Игониным С.М. документов должника, в частности, документов
свидетельствующих об отчуждении активов, договоров, по которым возникла дебиторская задолженность, а также об искажении им данных бухгалтерской отчетности нельзя признать состоятельными, поскольку заявителями не конкретизируется какие именно документы не были переданы конкурсному управляющему, какие данные искажены, что привело к затруднению проведения мероприятий конкурсного производства.
       В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступлением негативных для должника последствий.
       Оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд пришёл к выводу, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют.
       Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и нормами Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный суд


ОПРЕДЕЛИЛ:

       В удовлетворении заявленных требований отказать.
       Определение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в порядке и сроки, установленные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

 

 


Судья                                                                                                                                         А.Э. Денисов